Ethereum Foundation назвала MEV одним из ключевых рисков для сети

Временный соисполнительный директор Ethereum Foundation (EF) Бастиан Ауэ опубликовал план исполнения мандата фонда. Он представил тред как продолжение недавних постов Виталика Бутерина о направлении EF и Аи Миягути о том, как фонд пришел к текущему этапу.

https://x.com/aerugoettinea/status/2069017140846330107

Одной из ключевых тем Ауэ назвал MEV . По его словам, максимально извлекаемая стоимость может стать «следующим крупным фронтом сайферпанк-войны», а борьба с токсичным MEV является основной работой Ethereum Foundation, а не второстепенной темой рыночной инфраструктуры.

В чем суть

Ауэ написал, что EF должна укреплять Ethereum как открытую инфраструктуру для самосуверенности пользователей. В этом контексте фонд будет фокусироваться на устойчивости к цензуре и захвату, открытом коде, приватности и безопасности. Он подчеркнул, что организация не существует для краткосрочных спекулянтов, продвижения отдельных приложений Ethereum или повышения привлекательности экосистемы за счет отказа от свойств, которые отличают ее от разрешенных финансовых систем.

В части MEV Ауэ перечислил риски, которые, по его оценке, могут подорвать нейтральность Ethereum:

• привилегированный order flow;
• картелизация билдеров;
• доверенные реле;
• непрозрачная маршрутизация транзакций;
• зависимость валидаторов от узкой цепочки поставщиков.

Ауэ заявил, что формально открытая сеть может фактически стать посреднической, если пользователи в момент передачи стоимости будут зависеть от ограниченного числа участников инфраструктуры.

Почему зашифрованные мемпулы не решают все

По словам Ауэ, Ethereum Foundation будет поддерживать работу над снижением барьеров для создания блоков и валидации, усилением гарантий включения транзакций, уменьшением непрозрачного извлечения стоимости и развитием конкурентных путей обработки транзакций.

При этом он предупредил, что отдельные технические решения могут создавать новые риски. В частности, зашифрованные мемпулы могут снижать прозрачность до исполнения транзакций и скрывать поток ожидающих включения в блок транзакций, но одновременно переносить преимущество к новым привилегированным участникам, включая операторов специализированного оборудования в некоторых архитектурах. Такие решения также повышают сложность протокола.

Ауэ также указал на ограничения FOCIL и ePBS. FOCIL может усилить устойчивость к цензуре, но создать новые формы межблочного MEV. ePBS снижает зависимость от доверенных реле, но не должна закрепить экономику билдеров так, чтобы это помешало более долгосрочным решениям.

Автор треда предупредил, что точечная борьба с отдельными проявлениями MEV не решит проблему. По его словам, извлечение стоимости нужно рассматривать на уровне всей системы.

Приватность и оплата в ETH

Вторая крупная тема треда — приватность. Он выступил за модель, при которой безусловная конфиденциальность сначала становится доступной на базовом уровне, а уже поверх нее добавляются механизмы выборочного раскрытия данных, доказательств, аудита, комплаенса и управления.

Ауэ также сообщил, что Ethereum Foundation постепенно будет переводить оплату сотрудников и основные финансовые отношения в сторону ETH и «нативных для Ethereum» стейблкоинов, если этому не мешают законы или операционные ограничения. Он объяснил это не символическим жестом, а способом проверять инфраструктуру на себе.

По его мнению, если EF работает над тем, чтобы Ethereum стал пригодной инфраструктурой для самосуверенности, сотрудники фонда должны сталкиваться с теми же проблемами, что и пользователи: UX кошельков, волатильность, учет, приватность, платежные трения, зависимость от стейблкоинов и восстановление доступа.

Стейкинг и спинауты

В треде отдельно затронута концентрация стейкинга , который Ауэ назвал не просто доходным продуктом, а инфраструктурным риском протокола. По его словам, если доля стейка, ликвидность, доступ к валидаторам, DeFi-залоги и влияние на управление концентрируются вокруг небольшого числа эмитентов или операторов, уровень безопасности Ethereum может стать уязвимым через экономический слой.

Еще один блок посвящен спинаутам — проектам, которые могут выходить из Ethereum Foundation или получать внешнее финансирование. Он указал, что EF будет оценивать такие инициативы по нескольким критериям:

• насколько они важны для мандата фонда;
• стала бы EF делать эту работу внутри при наличии ресурсов;
• есть ли для нее более подходящая организационная база;
• не повышает ли внешний исполнитель риски захвата, непрозрачности или зависимости.

Он подчеркнул, что фонд не должен финансировать проекты по инерции, из-за личных связей или для ухода от сложных решений. Ауэ резюмировал подход так: у EF ограничены средства, легитимность и конкретный мандат, и фонд будет расходовать все три ресурса так, будто они имеют значение.

Тред Ауэ появился на фоне кадровых перестановок в Ethereum Foundation. В феврале соисполнительный директор Томаш Станчак ушел с поста , после чего временным соисполнительным директором назначили Бастиана Ауэ. В июне Сяо-Вэй Ван также сообщила об увольнении с аналогичной позиции и из совета фонда.

Как писал The Defiant , тогда же пять бывших исследователей EF — Ансгар Дитрихс, Барнабе Монно, Каспар Шварц-Шиллинг, Джош Рудольф и Джулиан Ма — запустили независимую некоммерческую R&D-лабораторию Ethlabs. Среди ее якорных спонсоров указаны BitMine, SharpLink и сооснователь Ethereum Джо Любин. Согласно СМИ, фокус Ethlabs на MEV и базовых исследованиях протокола пересекается с направлениями, которые Ауэ описал как часть нового исполнения мандата EF.

Ранее исследовательская группа Flashbots заявила , что максимально извлекаемая стоимость стала «доминирующим ограничением для масштабирования блокчейнов». Эксперты выяснили, что генерируемые арбитражными ботами спам-транзакции поглощают пространство в блоках быстрее, чем даже высокопроизводительные сети могут его расширять.

Напомним, соучредитель Ethereum Виталик Бутерин назвал MEV одной из главных угроз централизации сети наряду с ликвидным стейкингом и стоимостью запуска полной ноды.

Будь в курсе! Подписывайся на Телеграм.